LinguaBoosterlearning foreign languages

«My Childhood» in Russian

Детство (Detstvo)

57 votes
✒ Author
📖 Pages319
⏰ Reading time 9 hours 30 minutes
💡 Originally published1914
🌏 Original language Russian
📌 Type Tales
📌 Genres Psychological, Realism, Social

Table of contents

Expand

I1
II18
III39
IV67
V88
VI110
VII122
VIII143
IX167
X195
XI226
XII258
XIII294

Work in other languages

Click on an unfamiliar word in the text to see the translation.
In the settings you can also change the size and alignment of the text

Детство: read the book in the original with parallel translation into English

I

Chapter I

В полутёмной тесной комнате, на полу, под окном, лежит мой отец, одетый в белое и необыкновенно длинный; пальцы его босых ног странно растопырены, пальцы ласковых рук, смирно положенных на грудь, тоже кривые; его весёлые глаза плотно прикрыты чёрными кружками медных монет, доброе лицо темно и пугает меня нехорошо оскаленными зубами.
IN a narrow, darkened room, my father, dressed in a white and unusually long garment, lay on the floor under the window. The toes of his bare feet were curiously extended, and the fingers of the still hands, which rested peacefully upon his breast, were curved; his merry eyes were tightly closed by the black disks of two copper coins; the light had gone out of his still face, and I was frightened by the ugly way he showed his teeth.
Мать, полуголая, в красной юбке, стоит на коленях, зачёсывая длинные, мягкие волосы отца со лба на затылок чёрной гребёнкой, которой я любил перепиливать корки арбузов; мать непрерывно говорит что-то густым, хрипящим голосом, её серые глаза опухли и словно тают, стекая крупными каплями слёз.
My mother, only half clad in a red petticoat, knelt and combed my father’s long, soft hair, from his brow to the nape of his neck, with the same black comb which I loved to use to tear the rind of watermelons; she talked unceasingly in her low, husky voice, and it seemed as if her swollen eyes must be washed away by the incessant flow of tears.
Меня держит за руку бабушка - круглая, большеголовая, с огромными глазами и смешным рыхлым носом; она вся чёрная, мягкая и удивительно интересная; она тоже плачет, как-то особенно и хорошо подпевая матери, дрожит вся и дёргает меня, толкая к отцу; я упираюсь, прячусь за неё; мне боязно и неловко.
Holding me by the hand was my grandmother, who had a big, round head, large eyes, and a nose like a sponge a dark, tender, wonderfully interesting person. She also was weeping, and her grief formed a fitting accompaniment to my mother’s, as, shuddering the while, she pushed me towards my father; but I, terrified and uneasy, obstinately tried to hide myself against her.
Я никогда ещё не видал, чтобы большие плакали, и не понимал слов, неоднократно сказанных бабушкой:
I had never seen grown-up people cry before, and I did not understand the words which my grandmother uttered again and again:
- Попрощайся с тятей-то, никогда уж не увидишь его, помер он, голубчик, не в срок, не в свой час...
“Say good-by to daddy. You will never see him any more. He is dead before his time.”
Я был тяжко болен,- только что встал на ноги; во время болезни - я это хорошо помню - отец весело возился со мною, потом он вдруг исчез, и его заменила бабушка, странный человек.
I had been very ill, had only just left my bed in fact, and I remember perfectly well that at the beginning of my illness my father used to merrily bustle about me. Then he suddenly disappeared and his place was taken by my grandmother, a stranger to me.
- Ты откуда пришла? - спросил я её.
“Where did you come from?” I asked her.
Она ответила: - С верху, из Нижнего, да не пришла, а приехала!
“From up there, from Nijni,” she answered; “but I did not walk here, I came by boat.
По воде-то не ходят, шиш!
One does not walk on water, you little imp.”
Это было смешно и непонятно: наверху, в доме, жили бородатые, крашеные персияне, а в подвале старый, жёлтый калмык продавал овчины.
This was ludicrous, incomprehensible, and untrue; upstairs there lived a bearded, gaudy Persian, and in the cellar an old, yellow Kalmuck who sold sheepskins.
По лестнице можно съехать верхом на перилах или, когда упадёшь, скатиться кувырком,это я знал хорошо.
One could get upstairs by riding on the banisters, or if one fell that way, one could roll. I knew this by experience.
И при чём тут вода?
But where was there room for water?
Всё неверно и забавно спутано.
It was all untrue and delightfully muddled.
- А отчего я шиш?
“And why am I a little imp?” “Why?
- Оттого, что шумишь,- сказала она, тоже смеясь.
Because you are so noisy,” she said, laughing.
Она говорила ласково, весело, складно. Я с первого же дня подружился с нею, и теперь мне хочется, чтобы она скорее ушла со мною из этой комнаты.
She spoke sweetly, merrily, melodiously, and from the very first day I made friends with her; all I wanted now was for her to make haste and take me out of that room.
Меня подавляет мать; её слёзы и вой зажгли во мне новое, тревожное чувство.
My mother pressed me to her; her tears and groans created in me a strange feeling of disquietude.
Я впервые вижу её такою,- она была всегда строгая, говорила мало; она чистая, гладкая и большая, как лошадь; у неё жёсткое тело и страшно сильные руки.
It was the first time I had seen her like this. She had always appeared a stern woman of few words; neat, glossy, and strongly built like a horse, with a body of almost savage strength, and terribly strong arms.
Page 1 of 319

You can use the left and right keys on the keyboard to navigate between book pages.

Suggest a quote

Download the book for free in PDF, FB2, EPUb, DOC and TXT

Download the free e-book by Maxim Gorky, «My Childhood» , in Russian with parallel translation. You can also print the text of the book. For this, the PDF and DOC formats are suitable.

You may be interested in

Be the first to comment

Add

Add comment